Инструкция по разминированию собственной головы.

[Гусейн Гурбанов]

философская притча

В руке — бритва. Оккама.
Холодная. Пахнет сталью и сухим сумеречным воздухом.
Не для горла. Для мысли.

Она не угрожает. Подходит так близко, что ты ощущаешь её дыхание. Касается виска — и ты вздрагиваешь не от боли. От звенящей ясности.

— Не умножай...

Ты построил собор из тумана, чтобы объяснить обычную лужу у своих ног.
Считал созвездия, вычерчивал орбиты, лишь бы не замечать простого: на полу — вода. Холодная. В ней отражается небо. Не заговор. Просто небо.

За дверью — тяжёлые шаги.
Ты уже придумал охотника. Шпиона. Тень из прошлого. Кармического мстителя.
А во дворе — лошадь. Обычная, озябшая лошадь. Бьёт копытом мёрзлую землю, потому что ей холодно и она хочет домой. Всё.

Друг молчит второй день.
Ты уже написал трагедию в трёх актах, собрал улики, вынес приговор.
А ему просто больно. И нечего сказать.
Иногда молчание — это просто молчание. Не тайна. Не намёк. Не предательство.

Мир трещит по швам.
Ты ищешь великий замысел, тёмные кабинеты, чьи-то пальцы над картой.
А достаточно обычной жадности. И обычной глупости.
Мир ломают не демоны — с этим люди справляются сами.

Бритва Оккама не утверждала, будто простое — истинно.
Простое тоже умеет лгать. Очень красиво. Очень убедительно.

Она говорит о другом:
Если объяснение работает без лишнего — лишнее ложно.

Никакой магии. Только жёсткая дисциплина ума.
Мужество оставить одно, когда твоему страху так хочется зацепиться за десять.

Ш-ш-ш...

Она идёт по мыслям, как лезвие по щетине.
Срезает версии. Догадки. Украшения. Твои амбиции.
Всё, что придумано не ради истины, а ради спасения собственного самолюбия.

И дышать становится легче. Будто снимают не одежду — снимают тяжесть.
Будто ты больше не обязан нести чужую ложь.

И тогда остаётся самое трудное.
Не сложная правда.
А простая.

Та, которую ты обходил годами. Которую не спрячешь за красивыми словами.
Она стоит сама — без подпорок, без костылей, без софитов.
И не просит, чтобы её защищали.
Потому что подлинная правда умеет стоять сама.

Не ищи сложного там, где хватает простого.
Не потому, что мир прост. Мир — огромен и сложен.
А потому, что ты — человек. И слишком быстро устаёшь.

Ты и так несёшь с собой слишком много:
страхи, домыслы, подозрения,
воображаемые войны и выдуманные причины собственной боли.

Оставь только то, что действительно есть.

И тогда — возможно, впервые — ты увидишь мир не таким, каким его боялся.
Не таким, каким хотел его нарисовать.
А таким, какой он есть на самом деле.

И бритва, старая как сам здравый смысл, тихо скажет:
— Этого достаточно.

Alın Ak / KaJe MeG