Труд: перестать считать дни.

[Гусейн Гурбанов]

*по мотивам мысли Конфуция*

Первый день —
болят руки.
Пальцы не слушаются,
спина помнит каждый сантиметр.
Будто весь день
нес невидимый дом.

Первый месяц —
живешь от пятницы
к пятнице.
Воскресенье пахнет тревогой.
Понедельник —
удар под дых.
Считаешь дни,
как чужие монеты
в чужом кошельке.

Первый год —
смотришь на часы
слишком часто.
Стрелкам неловко.
Они ползут
с повинной.

Так бывает,
когда работает только тело.
А душа
сидит в углу,
отвернувшись к стене.

Но если однажды
дело совпадает
с твоей природой —
что-то ломается.
Тихо.
Без треска.

Будто внутри
лопается перегородка,
которую ты считал стеной.
И воздух
с двух сторон
смешивается.

Сначала
исчезает ожидание.
Пятница
перестает быть спасением.
Суббота
ничем не лучше вторника.
Ты не ждешь —
ты живешь.

Потом
исчезает счет.
Сколько прошло.
Сколько осталось.
Сколько еще терпеть.
Тает,
как снег
на теплой ладони.

Потом
исчезают имена дней.
Понедельник
растворяется.
Среда
стирается.
Воскресенье
перестает быть островом.

Остается только
утро.
И дело,
которое ждет
прикосновения.
Теплое.
Живое.

Как тесто
под ладонями пекаря —
упругое,
пахнущее мукой.

Как дерево
под рукой столяра —
шершавое,
с памятью о корнях.

Как струна
под пальцами музыканта —
натянутая
до звона.

Работа по душе
не делает жизнь легкой.
Не отменяет усталости.
Не отменяет пота.

Она отменяет
расстояние
между человеком
и его трудом.

Ты больше не тянешь работу,
как телегу по грязи.
И она больше
не тащит тебя.

Вы идете
одним шагом.

Ты перестаешь быть
стрелкой на циферблате.
Ты становишься
самим временем.

Как молитва,
которую повторяешь каждый день.
Сначала — слова.
Потом — привычка.
А потом
она перестает принадлежать тебе.
Она начинает
дышать через тебя.

Как человек,
рядом с которым
прожита жизнь.
Перестает быть встречей.
Становится тишиной,
в которую входишь без стука.
Домом,
где не нужно объяснять,
зачем пришел.

Конфуций
не обещал легкой судьбы.
Мудрецы легкого
не обещают.
Они говорили
о согласии.

Труд перестает быть трудом
не потому,
что исчезает усилие.
А потому,
что усилие становится
естественным.
Как дыхание.

Река
не чувствует собственного течения.
Дерево
не чувствует собственного роста.
Солнце
не чувствует собственного света.

Они просто
совершают то,
зачем созданы.

Так и человек,
нашедший свое дело.
Он просто делает.
Каждый день.
Не потому что должен.
Не потому что ждет награды.

А потому что иначе —
не хватает воздуха.

И однажды
приходит понимание.

Мудрость —
не в том, чтобы работать,
и не в том, чтобы отдыхать.
А в том,
чтобы перестать делить.

Когда внутри
нет перегородок —
исчезает усталость
от самого слова
надо.

Ты не работаешь —
ты делаешь.
Ты не ждешь вечера —
ты живешь утро.

Время
перестает быть ресурсом,
который тратишь.
Оно становится тканью,
из которой ты соткан.

Конфуций сказал:
найди дело по душе —
и тебе не придется
работать ни дня.

Это не про легкость.
Это про совпадение.

Усталость остается.
Но она становится теплой.
Как мышцы
после долгого пути.
Не пустой.
А наполненной.

И однажды ты замечаешь —
ты больше не считаешь дни.

Не потому
что потерял счет.
А потому
что каждый день —
полный.

Это и есть Путь.
Не дорога к цели.
А способ быть в движении,
не стремясь прибыть.

И если тебя спросят:
чем ты занимаешься? —
не спеши отвечать.

У человека,
который перестал считать дни,
нет профессии.

Есть только
утро.

И дело,
которое просит
рук.

*Alın Ak / KaJe MeG*