- Сообщения
- 156
- Реакции
- 3
- Баллы
- 29
- Награды
- 1
Есть голод тела. Его слышно — урчанием в животе, слабостью в коленях, дрожью в руках.
И есть другой — немой, невидимый.
Там, где душа испуганно стоит на цыпочках, внутри разрастается тишина. Не пустая — а та, что ждёт подтверждения: «Ты ещё живой?»
Мы едим хлеб, чтоб укрепить колени. А потом идём — и изо всех сил тянемся к чужому взгляду.
Ждём кивка — как милостыни. Ждём аплодисментов — как доказательства, что нас заметили.
Растерявшись без них, в панике шепчем:
«Я исчез? Я сбой? Я — зря?»
Ты кормишь эго. Отдаёшь ему жизнь, сгорая дотла. А оно всё равно требует добавки.
Еда — чтобы не слышать одиночество. Шум — чтобы спрятаться от тишины.
И вот ты стоишь на чужом празднике, у всех на виду, а живёшь не своей жизнью — по чужому пророчеству о том, каким тебе быть.
---
А внутренняя сытость — это другое.
Это способность спокойно оставаться в тишине, не требуя, чтобы кто-то немедленно подтвердил твою ценность.
Когда не нужно выходить на сцену. Не нужно нравиться. Когда наедине уже не приходится играть роль.
Ты — не проект для сторонней оценки. Не товар на витрине чужих глаз.
Ты — живое присутствие, не требующее рамки.
Это не отказ от любви. Это отказ путать любовь с разрешением существовать.
---
И когда эго наконец перестаёт просить добавки, внутри зажурчит тихий источник:
Тебе больше не нужно стоять на цыпочках.
Твой вес — настоящий.
Твоё место — здесь.
И ты перестанешь просить насыщения у тех, кто сам всю жизнь живёт в голоде.
И жизнь вернётся из чужого взгляда — в твои руки.
*Alın Ak / KaJe MeG*
И есть другой — немой, невидимый.
Там, где душа испуганно стоит на цыпочках, внутри разрастается тишина. Не пустая — а та, что ждёт подтверждения: «Ты ещё живой?»
Мы едим хлеб, чтоб укрепить колени. А потом идём — и изо всех сил тянемся к чужому взгляду.
Ждём кивка — как милостыни. Ждём аплодисментов — как доказательства, что нас заметили.
Растерявшись без них, в панике шепчем:
«Я исчез? Я сбой? Я — зря?»
Ты кормишь эго. Отдаёшь ему жизнь, сгорая дотла. А оно всё равно требует добавки.
Еда — чтобы не слышать одиночество. Шум — чтобы спрятаться от тишины.
И вот ты стоишь на чужом празднике, у всех на виду, а живёшь не своей жизнью — по чужому пророчеству о том, каким тебе быть.
---
А внутренняя сытость — это другое.
Это способность спокойно оставаться в тишине, не требуя, чтобы кто-то немедленно подтвердил твою ценность.
Когда не нужно выходить на сцену. Не нужно нравиться. Когда наедине уже не приходится играть роль.
Ты — не проект для сторонней оценки. Не товар на витрине чужих глаз.
Ты — живое присутствие, не требующее рамки.
Это не отказ от любви. Это отказ путать любовь с разрешением существовать.
---
И когда эго наконец перестаёт просить добавки, внутри зажурчит тихий источник:
Тебе больше не нужно стоять на цыпочках.
Твой вес — настоящий.
Твоё место — здесь.
И ты перестанешь просить насыщения у тех, кто сам всю жизнь живёт в голоде.
И жизнь вернётся из чужого взгляда — в твои руки.
*Alın Ak / KaJe MeG*
